На юге Украины сейчас происходит продолжение того, что Россия начала еще 24 февраля. Сначала агрессор думал провести широкомасштабную операцию по захвату и юга, и Донбасса, и Киев, и всей территории Украины в целом. Впоследствии они поняли, что не могут взять столицу за несколько дней, остановились, понесли потери и бежали. И сейчас они сосредоточились на восточном и южном направлении.
Об этом в комментарии РБК-Украина рассказал военный эксперт Михаил Самусь.
Это, в частности, попытка оккупировать Донбасс – то есть нанести там стратегическое поражение и поражение украинским войскам, дальше выйти на город Днепр, двигаться на центральную Украину и потом – на Киев. На юге они также пробуют создать условия для этого.
Если нарисовать две условные стрелки с севера от Харькова и с юга от Запорожья, то они бы хотели с обеих этих направлений выйти на Днепр. Но сейчас они работают меньшим охватом: на севере от Изюма, на юге от Гуляйполя они пытаются прорваться и окружить зону действий Операции объединенных сил.
Что касается юга, то у агрессора сразу был такой замысел. Они быстро выходят на Николаев, далее блокируют Одессу, высаживают там морской десант и захватывают ее и затем соединяются с Приднестровьем. То есть у них еще изначально была цель – объединение территорий от Приднестровья до Харькова в так называемую "Новороссию". А из-за наступления с севера, когда они двигались к столице, они планировали оккупировать большинство Украины.
Сейчас они просто сконцентрировались на юге и востоке, потому что первый их план провалился и они выбрали ограниченные задачи. Но в любом случае они считают, что если они нанесут поражение украинским Вооруженным силам, то дальше откроют для себя возможность двигаться на Киев – просто с другого направления.
Агрессор считает, что у него достаточно сил для того, чтобы провести все эти операции одновременно. Там есть определенная логика: они воюют методами Второй мировой войны. Если посмотреть на карту Курской битвы – это то же, что происходит на Донбассе. Просто во время Курской битвы были несколько иные силы. У противников было не 30 тысяч войск, а гораздо больше, поэтому и эти операции были успешными.
А сейчас россияне почему-то пытаются относительно небольшими силами создавать ударные группировки, надеясь, что смогут пробить украинскую оборону. Ошибочность этих замыслов была подтверждена в Киевской, Черниговской и Сумской области, где они потеряли боеспособность своих войск и убежали. То же самое происходит под Харьковом, где они не получили никакого успеха.
Сейчас агрессор пытается сделать это на Донбассе. Но, как мы видим, они уже две недели словно бьются головой о стену и кое-где смогли продвинуться лишь на несколько километров. В районе Волновахи и Гуляйполя с точки зрения проведения операции им вообще не удалось как-то заметно продвинуться. Ведь операция не может двигаться по несколько метров днем, причем со значительными потерями – сотни солдат и офицеров, десятки бронетехники, пару самолетов и вертолетов ежедневно.
Украинская армия умело обороняется от попыток наступления. Очевидно, что россияне продолжают ошибочно оценивать ВСУ, хотя на третий месяц войны любая разведка могла бы уже научиться более адекватно оценивать обстановку. И это главная проблема командования российской армии, поэтому они принимающие неверные решения и их операция не движется.
Без выхода на Приднестровье они не могут выполнить еще одной своей ключевой цели – это отрезать Украину от моря и тем самым нанести экономический и геополитический ущерб. Очевидно, что за последней дестабилизацией на Приднестровье стоят россияне. Дело в том, что когда они проводят планирование операции, у них есть график и алгоритм – что должно происходить по дням.
Например, на 25 апреля они должны были бы выйти на Одессу. И в это же время начинаются провокации в Приднестровье. Объявляется, что это якобы нападение украинцев и тогда приднестровское группировки движется в тыл нашим войскам, которые уже были вроде бы окружены где-то под Одессой. То есть в этот момент из Приднестровья открывается еще один фронт, который отвлекает наши войска.
Очевидно, что россияне планируют втянуть Приднестровье в эту войну. Но сейчас перед Украиной стоит задача, как правильно сделать так, чтобы уничтожить российские войска в Приднестровье. Поскольку это суверенная территория Молдовы, мы не можем самостоятельно пойти выполнять операцию на этой территории. Это должно быть согласовано с руководством Молдовы.
Однако там есть определенная специфика. В отличие от Украины, Молдова не признала Приднестровье оккупированной территорией. Приднестровье является участником переговоров с Молдовой по урегулированию приднестровского конфликта. Украина, Россия и ОБСЕ являются гарантами этих переговоров. И также к ним приобщены как наблюдатели США и Европейский союз. То есть очень много сторон.
С военной точки зрения операция Украины в Приднестровье является вполне вероятной. Мы можем превентивно уничтожить войска, которые там находятся, чтобы снять угрозу любых провокаций или наступления с этой стороны. Однако с международно-правовой точки зрения это очень чувствительный регион, поэтому здесь необходим дипломатический и взвешенный подход с просчетом каждого шага, чтобы не навредить отношениям с Молдовой, Румынией, США и ЕС.
Несмотря на последние заявления президента Молдовы Майи Санду, она будет добиваться того, чтобы ее страну никогда не втянули в войну. Руководство Молдовы отказывается признавать, что они в войне с 1990-х годов, когда у них у самих была оккупированная территория. Если бы Молдова поддержала нас в проведении этой операции, это было бы несложно сделать. Пока что Молдова нас не поддерживает, и, учитывая заявление Санду, ее страна будет оставаться нейтральной.
Угроза от Приднестровья есть уже сейчас, потому что она оттягивает украинские войска. В случае если российское командование начнет агрессию с Приднестровья, наши силы должны быть готовы сразу отразить это нападение. То есть проблема заключается в том, что украинские войска должны там находятся для того, чтобы сдерживать угрозу. Если бы мы нейтрализовали эту угрозу, то эти войска можно было бы применить на каком-то другом направлении.
В Приднестровье официально находится 1,5 тысячи россиян. Но есть еще определенное количество так называемых вооруженных сил Приднестровья, то есть там есть также незаконные вооруженные формирования с точки зрения законодательства Молдовы. Хотя когда они начали переговоры, эти вооруженные формирования фактически легитимизировались. Там как раз произошло то, что россияне хотели сделать у нас на Донбассе.
Количество собственно приднестровских вооруженных формирований может достигать до 20 тысяч. Этого достаточно, чтобы проводить провокации. Для проведения наступлений там нет морального духа и современной техники – у них есть лишь 18 танков. Однако сам факт наличия там определенного количества военных требует внимания к этому региону.
Михаил Самусь для РБК-Украина
