Россия застряла на фронте и все сильнее бьет по украинским городам, железной дороге и энергетике. С июня по сентябрь число ее ударов вглубь Украины выросло втрое, а октябрь идет к новому рекорду. Такие выводы следуют из данных трекера войны, который ведет британский еженедельник.
Как передает "Хвиля", об этом пишет The Economist.
Журнал иронизирует: Путин, похоже, "отлично проводит время". Его "друзья в Вашингтоне" недавно предложили России сделку по экспорту дизельного топлива, заморозили новые санкции и урезали Украине доступ к спутникам Starlink.
На встрече в Санкт-Петербурге спецпосланник президента США Стив Уиткофф похвалил Путина за согласие освободить заключенного американца: "Вы тоже гуманист, сэр, и я это приветствую, я отдаю вам должное".
Однако данные журнала рисуют другую картину. Украина сейчас продвигается на фронте, хотя и скромно. За последние три месяца трекер зафиксировал больше активности, чем за любой сопоставимый период войны, а ВСУ в итоге отвоевали 73 квадратных километра. Тем самым они свели на нет половину российских продвижений этого года.
"Поскольку его люди не способны удержать фронт, не говоря уже о продвижении вперед, Путин теперь усиливает бомбардировки украинских городов и инфраструктуры, от которой зависят мирные жители", – пишет The Economist, саркастически повторяя за Уиткоффом слово "гуманист".
Для трекера редакция использует спутниковые данные NASA, созданные для мониторинга лесных пожаров. Алгоритмы выделяют пожары, связанные с боевыми действиями, и почти в реальном времени показывают картину вдоль фронта и далеко за ним.
Данные мониторинговой организации ACLED позволяют отслеживать удары ракетами и дронами минимум в 100 километрах от линии фронта. За месяц до 23 октября Россия атаковала 290 объектов гражданской инфраструктуры, убив не менее 62 мирных украинцев.
Среди целей – железная дорога, от которой зависят и гражданские перевозки, и снабжение армии. По данным украинских властей, с начала полномасштабного вторжения россияне поразили более 500 поездов, из них 300 – в этом году. 29 октября российский дрон ударил по железнодорожному перрону в Днепре и убил не менее 15 человек.
Еще тяжелее последствия ударов по энергетике: только в октябре их было не меньше 46. Блэкауты и отключения света становятся рутиной.
Украина тоже нарастила собственные удары на большую дальность, и это, по данным журнала, раздражает администрацию Трампа. Большинство из них пришлось на военные объекты, но досталось и заводам, дата-центрам, портам, топливным складам и НПЗ. За месяц до 23 октября таких атак набралось более 100.
Анализ The Economist указывает, что за неделю до 18 октября обе стороны нанесли больше дальних ударов, чем за любую другую неделю войны. "Вот вам и якобы достигнутое при посредничестве США энергетическое перемирие, объявленное 11 октября", – иронизирует издание.
По данным ACLED, с июня по сентябрь число российских ударов вглубь Украины подскочило со 130 до 453 в месяц. Украина била по России стабильнее – примерно 140 раз в месяц, хотя и это заметно больше, чем раньше.
Воздушные силы ВСУ подсчитали, что с начала года Россия запустила по Украине более 56 тысяч дронов – на 35% больше, чем за тот же период прошлого года. Число ракетных ударов выросло на 22%, до 1766.
По Киеву Россия бьет чаще, чем когда-либо с первых месяцев полномасштабной войны. Судя по последним данным, с 8:00 до 20:00 столица проводит под воздушной тревогой около 110 минут в день. Летом было всего 19 минут.
При этом Россия по-прежнему теряет гораздо больше солдат, чем Украина. По метаоценке журнала, число погибших россиян составляет от 374 до 770 тысяч, а общие потери вместе с ранеными – от 1,4 до 2,1 миллиона. Сайт UALosses насчитывает 116 тысяч погибших украинских военных, еще 106 тысяч числятся пропавшими без вести.
"Как бы то ни было, инициатива остается за Путиным. Он может причинять больше боли – и выдерживать ее. У него также есть преимущество в Вашингтоне. Администрация Трампа не видит картины, которую показывают эти данные. Для нее Украина – сторона, застрявшая в равном обмене ударами, а не жертва российской силы и агрессии", – подводит итог The Economist.
